?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Гоп-художник

Художником он был вполне настоящим, гопником — тоже. Эскапады Джигурды, группы «Х*йня война, главное — манёвры» или Павленского на фоне его приключений выглядят невинной игрой мелко-ушастых.

— Мое оружие вошло между костями шеи и затылком настолько глубоко, что, несмотря на все усилия, я так и не смог его вытащить...
— Зашипев, я стал, как гадюка; отчаянное решение созрело во мне... Налетев на них, как бешеный бык, четверых или пятерых я тут же сбил с ног, беспрестанно размахивая ножом...
– Отдавшись в добычу гневу... схватил её за волосы и таскал по комнате, колотя ногами и кулаками, пока не устал...
— Я взялся за маленький колючий кинжальчик и, разорвав цепь наёмников, схватил его за грудь так быстро, и так ловко... Рванул к себе, чтоб нанести удар в лицо, но страх заставил его отвернуться, и кинжал вошёл пониже уха. Ударил всего два раза... Я не имел намерения его убивать, но, как известно: кто бьет, тот не рассчитывает!

— Да это же форменный бандит! — возмущённо воскликнут любители story, привстав с насиженного диванчика.
— Не нужно было нарываться, — сурово отрежут мужественные завсегдатаи политических баталий.
— Человек эпохи Возрождения, — подведут итог знатоки исторических коллизий и замшелых артефактов.

По сути, правы и те, и другие, и третьи. Бенвенуто Челлини — достойный сын своего времени: искусный ювелир, талантливый музыкант, гениальный скульптор, замечательный писатель, заносчивый грубиян, по необходимости вор, под настроение бабник, осужденный за содомию, мстительный убийца, отважный воин, клавший на патриотизм, нежный брат и заботливый сын — да мало ли кто ещё. Человек, всю жизнь разрывающийся между трепетным служением искусству и неистовым гневом своей порочной натуры. Титан Позднего Ренессанса, предтеча надвигающейся эпохи Барокко. Хвастун, мистификатор и плут.

Он родился в 1500, одновременно с новым столетием Чинквеченто, в ночь Дня Всех Святых, после 20 лет ожидания семьёй Челлини наследника. Став для них в одночасье Бенвенуто (желанным). Пересказывать его чудесную (в полном смысле этого слова) историю — дело неблагодарное: всё, что говорится о Бенвенуто Челлини, бледнеет в сравнении с тем, что Бенвенуто Челлини написал о себе сам. В его повествовании нет полутонов: вокруг или друзья, или враги; и сам герой, настолько талантлив и крут, что окружающим остаётся лишь восхищенно внимать, оплакивая собственное несовершенство. Почти 500 лет великого флорентийца пытаются уличить в излишнем бахвальстве, подтасовке фактами и нестыковках.

— Не так уж он и велик, — раздаётся хор критичных голосов, — а память о нём жива в веках, исключительно благодаря удачному пиару!

К XVI столетию изменилось само отношение художников к жизни. Плеяда блестящих мастеров Кваттроченто существовала просто и скромно, пока новый век не привнёс в жизнь богемы стремление к роскоши и излишествам. Нет такого каприза, который не исполнил бы Ватикан для своего любимца — Рафаэля Санти. И вот уже папство должно художнику из Урбино так много, что Лев X всерьёз подумывает рассчитаться с ним кардинальской шапкой.

Менее требовательный в быту Микеланджело не строит себе дворцов, подобно Рафаэлю или Браманте, ему достаточно скромной приставки к имени — «божественный». Каждый раз, когда покровительство очередного папы становится слишком назойливым, Буонаротти берёт тайм–аут. И Святой Престол униженно ждёт. Затягивание сроков становится нормой!

А этот случай с Тицианом, о которым многозначительно перешёптывается вся художественная братия Европы! Сам император Карл V поднял оброненную художником кисть со словами: «Услужить Тициану почётно даже императору!»

Карл жалует мэтру по 1000 золотых скудо за портрет. Тициан, известный своей скаредностью, строго следит за своевременностью оплаты. Конечно же, Бенвенуто, с его нереальным самомнением и болезненной гордостью, желает ну никак не меньшего!

Его кровожадный и неукротимый нрав вполне в духе времени, а мораль перекликается с текущими этическими нормами. Ловкий флорентийский чиновник, знаток истории и тонкий философ Никколо ди Бернардо де Макиавелли провозгласил иезуитский лозунг: «Цель оправдывает средства», тепло встреченный католическим миром. Стоит ли говорить, что большая часть тех добрых католиков не чуралась насилия, на фоне всеобщего падения нравов.Сам Макиавелли в восторге от хватки Чезаре Борджиа, практически опереточного злодея. Проспер Мериме писал в предисловии к «Хронике царствования Карла IX».

— В 1500 году убийство и отравление не внушали такого ужаса, как в наши дни. Дворянин предательски убивал своего недруга, ходатайствовал о помиловании и, испросив его, снова появлялся в обществе, причем никто и не думал от него отворачиваться. В иных случаях, если убийство совершалось из чувства правой мести, то об убийце говорили, как говорят теперь о самом порядочном человеке...

Едва ли малообразованный Челлини читал философские трактаты. Да и зачем: человек дела, привыкший работать руками, он не любил излишне нагружать голову, решая проблемы по мере их поступления. По жизни его ведут инстинкты: привычка огибать углы по широкой траектории и макиавеллевская вера в собственное предназначение. Не в этом ли универсальный секрет успеха?

Забавно, что облик Великого Гения, взысканного небом и обласканного сильными мира сего, сформирован его же новеллами. Свидетельств других очевидцев немного. Вазари, которого трудно заподозрить в симпатии, называет Челлини крупнейшим из итальянских скульпторов–академиков и ювелиром, не имеющим себе равных. Гордым, смелым, неистовым, режущим правду–матку в лицо! И тоже ссылается на его масштабную автобиографию — эдакий краеугольный камень в творчестве мастера.

К сожалению, большинство художественных работ флорентийца, описанных им столь трепетно и нежно, не сохранилось. И если талант скульптора Челлини представлен великолепным Персеем, в обрамлении когорты скульптур, бюстов и барельефов; то от наследия «короля ювелиров» осталась одна лишь фантастическая солонка Сальера, не считая пары медалей и чеканного оружия. Авторство остального, приписываемого ему творческого багажа, сомнительна. Невольно вспоминается бессмертное творение режиссера Уайлера с Питером О,Тулом, Одри Хепберн и Венерой Челлини, срисованной с бабушки главной героини...

Великое множество изящных вещиц затерялись во тьме веков похищенными, переплавленными и разобранными на составляющие. Что поделаешь: золото и камни — вечные ценности...

В нашей истории есть эпизод, как раз созвучный этой теме. 6 мая 1527 года испано–нидерландское войско Карла V, под предводительством коннетабля Бурбона, осадило Рим: император решил слегка придавить разжиревший Ватикан. Личную охрану понтифика из бравых швейцарцев покрошили прямо на ступенях дворца Сан–Марко: ватиканские гвардейцы до сих пор мрачнеют, принимая в этот день присягу. Челлини, совмещающий обязанности папского ювелира с ролью «главного стрелка по тарелочкам», стал подлинным героем противостояния. Метким выстрелом из любимой аркебузы он подстрелил зазевавшегося Бурбона, внеся в ряды наступающих сумятицу и уныние!

Однако командование имперцами перешло к принцу Оранскому, Рим был взят, защитники жестоко наказаны, город разграблен и залит кровью гражданского населения.
Лишь замок с ангелом на башне, древний римский мавзолей, укрывший всю верхушку Ватикана, продержался месяц до перемирия. А исправно пулявший сверху, подобно ангелу с небес, Бенвенуто умудрился ранить ещё и Оранского, навсегда оставив отметину на его лице. Поистине — Терминатор! По другой версии — родственник барона Мюнхаузена!

Тогда–то по приказу Климента VII все золотые изделия, скрытые в подвалах Замка Ангела, включая папские трёхрядные тиары, усыпанные каменьями, подверглись переплавке. Соорудив походный тигелёк и споро взявшись за дело, Челлини превратил груду сокровищ Святого Престола в удобные для транспортировки золотые болванки и отдельные камни. Думал ли мастер, что через 10 лет за эти самые камни он сядет в замок Святого Ангела уже в качестве арестанта? А большинство его собственных ювелирных шедевров повторит судьбу папских тиар.

На фрагмент главного и, пожалуй, самого важного дела его жизни — скульптуры Персея, украсившей Площадь Синьории во Флоренции. Появлению бронзового гиганта предшествовала очередная смена власти в непокорной республике. Прошло всего три года с момента, когда свирепые имперские ландскнехты самозабвенно шинковали папских гвардейцев на римской площади. И вот уже совместные силы папы Климента VII и императора Карла V под стенами родного города Микеланджело и Челлини. И если первый, забросив все дела, всецело отдаётся укреплению фортификационных сооружений, то второй, по тайному зову Климента, покидает ряды осаждённых. Его родина там, где есть заказы. 11–месячная осада завершается падением республики — во Флоренции вновь воцаряются Медичи, ближайшие родственники почтенного понтифика.

Бронзовый Персей призван затмить олицетворение Республики — мраморного Давида Буонаротти и стать символом новой власти великих флорентийских герцогов. Интересно, кого подразумевали под отрубленной головой Медузы: погибших защитников города, казнённых сограждан или саму, почившую в бозе, республику? К слову, мстительные Медичи покушались и на бесценную голову Микеланджело, но 55–летний скульптор успел покинуть Флоренцию до начала репрессий.

Немало драматических страниц посвятил Персею Челлини. Даже если отбросить присущие Бенвенуто опереточные страсти и тягу к преувеличению, процесс создания 5–метровой статуи впечатляет: тут и муки творчества, и видения свыше, и бестолковые помощники, и затаившиеся вредители, и внезапно подкравшаяся коварная болезнь, и чудесное исцеление, и революционная метода отлива, и две сотни оловянных домашних мисок и сосудов, своевременно спасших технологический процесс. 9 лет отделяют восковую модель от конечного результата. Как бы то ни было — он великолепен. Хотя искушённому зрителю видны подражания Микеланджело, которого Челлини боготворил, некая несоразмерность туловища и конечностей, вымученность неудобной позы и совсем уж незначительная голова внезапно симпатичной Горгоны. Маньеризм — что тут скажешь. Но в целом, однозначно, — шедевр! Особенно, если сравнивать Персея с работой заклятого врага Бенвенуто Баччо Бандинелли «Геркулес и Какус», стоящей поодаль. Вот уж где полный «какус»...

Факт, что горожане восторженно восприняли новый символ Флоренции, а мрачный тиран герцог Козимо I Медичи даже выплатил автору 3,000 скудо (против запрошенных 10 тыс.). В рассрочку. Ныне весь величественный ансамбль скульптур Донателло, Микеланджело и Челлини на Пьяцца делла Синьория заменён на копии.

Что можно почитать по теме:
1. Конечно же сам динамичный первоисточник.
2. Кому лень продираться сквозь поэтичный слог Чинквеченто — доступное современное прочтение.
3. Очерки Алексея Карапетовича Дживелегова — советского знатока эпохи Возрождения, доктора наук и блестящего переводчика.

Источник.


Яндекс.Метрика

Posts from This Journal by “история” Tag

promo steissd december 8, 2005 13:55 152
Buy for 100 tokens
Via una_ragazza_o Выделения в тексте — мои. 10 августа 2000 г. — Иранские парламентарии-сторонники реформ намерены настаивать на повышении брачного возрастного ценза с 9-ти до 14-ти лет для девочек и с 15-ти до 16-ти лет для юношей. Существующий сегодня столь нежный брачный возраст…

Latest Month

May 2019
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel