steissd (steissd) wrote,
steissd
steissd

Categories:

Кто придумал русского медведя?

Не животное, которое водится в том числе и в РСФСР (а также в ПНР, ГДР, ФРГ, ЮК, Канаде и ЮСА), а медведя как символ. Это — те самые англичанки, про которых принято считать, что они гадят (а где вы видели человека, который никогда бы по большой нужде не оправлялся?). Кстати, обижаться на них едва ли стоит, они взяли в качестве символа животное вполне солидное и имеющее хорошую геральдическую репутацию (реальная — несколько похуже, потому что среди медведей попадаются и людоеды). Не скунса же они выбрали, не шакала и и не жабу.

Джордж Крукшенк. «Малютка Бони брыкается в последний раз» (фрагмент), 1 января 1813. Этот красочный лист является дайджестом событий 1812 года – от пожара Москвы до переправы остатков французской армии через Березину. В центре листа Медведь-Александр и Русский Мороз расправляются с Наполеоном


Мы продолжаем наш сериал с Европейским университетом в Санкт-Петербурге. В первом выпуске антрополог рассказывал про заполярный моногород Баренцбург, во втором — историк говорила об образе реформатора Витте, теперь «Медуза» выясняет, откуда взялся «русский медведь».

Андрей Россомахин окончил аспирантскую программу факультета истории искусств ЕУСПб и защитил в Университете Амстердама диссертацию, посвященную анализу secret geometry — семантике обложек прижизненных книг Владимира Маяковского. Составитель и научный редактор серии Avant-Garde в Издательстве Европейского университета в Санкт-Петербурге. В сфере его главных интересов — европейский футуризм, русский «классический» авангард, а также европейская политическая гравюра XVIII—XIX веков. Став инициатором историко-искусствоведческого проекта «Россия глазами Запада», он вместе с двумя соавторами исследует отражение России в европейской сатирической графике ради амбициозной цели — создать визуальную историю страны на протяжении 250 лет.

О визуальном и о новейшей мифологии



Основной мой интерес — русский литературный авангард, но меня всегда занимала и визуальность. Готовя ту или иную книгу, я стараюсь наполнить ее иллюстрациями, которые становятся параллельным, визуальным комментарием, облегчая читателю проникновение в эпоху и вводя в оборот редкие (или редчайшие) артефакты. Поиск иллюстраций и их синхронизация с текстом, столкновение разных изображений на книжном развороте — это своеобразная режиссура. Если знакомиться с литературными произведениями не только по современным собраниям сочинений, но и по первоисточникам — изданиям, которые держал в руках сам автор, которые были фактом литературы (со всеми их опечатками, цензурными изъятиями, авторской структурой, обложками и иллюстрациями) — то перед нами будет живой документ, дающий массу информации, в том числе об идиостиле автора, а не адаптированная и (вольно или невольно) вырванная из контекста позднейшая перепечатка.

Любая обложка, карикатура, плакат, фотография, рисунок или даже шрифтовая гарнитура — это визуальный слепок времени, это ценнейший исторический материал. Для отечественных историков и филологов внимание к визуальному не слишком характерно, большинство привыкло работать с текстами, а не с изображениями. На Западе визуальный поворот в науке произошел лет 35 назад, а до нас только докатился. Девять лет назад я увлекся сюжетом «Россия как Медведь», трансформировавшемся затем в более масштабный проект «Россия глазами Запада». В одиночку я бы не справился с этим проектом, мои соавторы — замечательные исследователи: историк Денис Хрусталёв и искусствовед Василий Успенский.

Захотелось добраться до истоков появления медведя, как главной метафоры русскости: почему медведь? Откуда и когда это взялось? Что это значит? В самой России образ медведя как государственного атрибута, эксплуатируется только в последние 15 лет; медвежья метафора импортирована с Запада — но мало кто отдает себе в этом отчет. Можно встретить десятки европейских городов, на гербе которых изображен медведь, но образ этот закрепился лишь за Россией, вместе с определенным комплексом коннотаций, смыслов и фобий. А внутри России этой метафоры не существовало, русские никогда себя с медведем не отождествляли (впрочем, соответствующие тотемические культы имели место на самых разных территориях).

Это мифология, изобретенная у нас на глазах. Если вспомнить русский фольклор, то медведь — это, как правило, глупое существо, медведя легко проведет даже комар или заяц, не говоря уже о лисе, — так что это странный персонаж для той самоидентификации, в которой нас уверяют политтехнологи. Единственный раз, когда России (точнее — Советскому Союзу) удалось сознательно и успешно поиграть этим образом — это Олимпийский Мишка, созданный художником Чижиковым в 1977 году в качестве талисмана Олимпийских игр 1980 года. Но в 1999 году с легкой руки Березовского появился Избирательный блок «МЕжрегиональное ДВижение ЕДинство (МЕДВЕДЬ)», который был создан специально под выборы в Думу и для поддержки на президентских выборах Путина. В 2000 году этот избирательный блок был реорганизован в политическую партию, а в 2001 году переименован в «Единую Россию», но эмблема медведя осталась и сохраняется по сей день. Таким образом, партийный символ все эти 15 лет подается как символ национальный, как маркер подлинной русскости, как некий архетип, якобы уходящий в глубины истории. То, что медведь в архаичных культах и в христианской традиции имеет инфернальные характеристики, идеологи «медведизации» также вынесли за скобки.

Откуда есть пошел русский медведь



Изобретатели устойчивой визуальной метафоры Russian Bear — англичане. Этой метафоре почти 300 лет, хотя можно найти и более ранние эпизодические изображения (самым ранним появлением медведя как атрибута русскости можно признать польскую ксилографию 1611 года — если вести отсчет от нее, то мы можем праздновать 405-летие «русского медведя»). Еще задолго до английских карикатур медведь маркировал Россию на географических картах XVI—XVII веков (преимущественно голландских) — либо в картуше, либо в виде миниатюрных силуэтов на пустынных просторах Московии/Тартарии. Но там не было еще ни издевки, ни иной идеологической нагрузки: медведи были лишь экзотическим атрибутом страны московитов.

В письменных источниках медведи фиксируются еще со времен европейских путешествий в Московию в XVI веке. Путешественники-послы повествовали о свирепых медведях, их рассказы трансформировались и обрастали фантастическими подробностями. Постепенно сложилось клише, что Россия — страна медведей.

Р. Воган. Январь. Лист из серии «Двенадцать месяцев года в нарядах разных народов». 1621–1623. Пара облаченных в меха русских олицетворяет январскую стужу. В углу притаился медведь


Самые первые «русские медведи» относятся ко второй половине 1730-х годов — к такому выводу мы пришли, выявив все самые ранние изображения России в сатирической графике. В России это времена Анны Иоанновны и годы Русско-турецкой войны (1735–1739). Эти ранние сатирические листы были не вполне карикатурой в нынешнем понимании, а скорее сложными аллегорическими гравюрами: там большое количество персонажей, визуальных символов, скрытых аллюзий и цитат. Речь о серии гравюр «Европейская гонка», где Россия впервые была представлена как одна из стран на европейской арене. Эта серия стала очень популярна у британцев: выходили дополнительные тиражи, ремейки, подражания, а в начале 1740 года был даже издан 60-страничный памфлет с расшифровкой этих гравюр, выдержавший четыре переиздания в течение года (!). Дело идет к войне с Испанией, и главный объект насмешки — британский премьер-министр Роберт Уолпол. Россия изображена двумя символами — это медведь и оседлавший его московит (примечательная архаизация русского персонажа, хотя дело происходит в XVIII веке и Петр уже прорубил окно в Европу). Кроме русского медведя там присутствуют турецкий слон, испанский волк, французский лис, английские лев и бульдог, австрийский орел, голландская свинья и т. д. И параллельно с этим анималистическим кодом — реальные политики, а также антропоморфные аллегории — Торговля, Европа, Британия с трезубцем и др.

Серия гравюр «Европейская гонка» сделала Россию полноправным персонажем английских сатирических листов, наряду со всеми прочими державами континента. А кроме того, «медвежья» ипостась России и русских, заложенная травелогами и хорографиями европейских путешественников и компиляторов XVI—XVII веков, впервые получила мощное визуальное воплощение.

Ч. Мосли по оригиналу Ю.-Ф. Бургиньона (Гравело). Европейская гонка. Забег III-й. 9 апреля 1739. Среди двух десятков персонажей присутствуют изрядно потрепавшие друг друга Россия-медведь и Турция-слон


Как устроена английская карикатура



XVIII век справедливо считается «золотым веком» британской карикатуры. Благодаря беспрецедентной свободе прессы и использованию дешевой техники офорта рынок был буквально перенасыщен сатирическими листами — содержавшими оперативный и остроумный отклик на все текущие события, в том числе на внешнеполитической арене. Десятки лондонских издателей выпускали карикатуры, которые как правило раскрашивались акварелью, хотя продавались и более доступные по цене нераскрашенные оттиски. Карикатурный бум можно датировать интервалом 1770–1820-х годов. Самая большая коллекция этих гравюр хранится в Британском музее (более 14,000 листов), а вторая по величине, как это ни удивительно — в Эрмитаже, это порядка 8,000 гравюр. На обследование этих и других крупнейших коллекций и выявление нескольких сотен гравюр с русскими сюжетами понадобилось более двух лет.

Каждая из гравюр — это ребус. Самая первая задача — разгадать исторический контекст. Практически все гравюры датированы (в 1735 году был принят «Билль Хогарта» и издатели были обязаны указывать дату выпуска, с которой начинался отсчет авторских прав), поэтому даже если по изображению ничего не понятно, то наложив дату на событийный ряд, можно выяснить исторический повод для конкретной сатиры. Труднее разгадать литературный контекст — нередко это неочевидные каламбуры и аллюзии; кроме того, отдельной дешифровки требует сленг. Но самое сложное — разгадать третий информационный уровень — визуальный контекст. Только держа в голове весь массив этих карикатур, ты способен понять, что лист может отсылать к совершенно другой карикатуре, не имеющей отношения ни к текущей злобе дня, ни тем более к России. Такая визуальная игра художников может обыгрывать также и сюжеты классической живописи. Расшифровка этих смысловых пластов — от площадного зубоскальства до литературно-философских реминисценций и иконографической игры — захватывающая задача!

Д. Гилрей. Долина смертной тени. 24 сентября 1808. Сюжет карикатуры восходит к религиозной аллегории Дж. Беньяна «Путь паломника» (1678), а заглавие отсылает к 22 псалму. Десять бестий во главе с Британским львом и Русским медведем готовы разорвать Наполеона на узкой тропе между Стиксом и Летой


О русском «русском медведе»



Знаменитые «картинки 1812 года» — это, по сути, первый и мощнейший опыт отечественной карикатуры, до тех пор практически не существовавшей из-за цензурных препон. Такие академические художники как Венецианов, Теребенев, Иванов, Оленин, Шифляр и десяток других, менее известных, сумели выработать оригинальную графическую манеру с ориентацией на народный лубок. Впечатляет и количественное сопоставление: если в Англии за 20 лет было создано немногим более 1,000 антинаполеоновских карикатур, то в России за 2.5 года (самый конец 1812-го — начало 1815-го) появилось почти 240 сатирических эстампов, не считая многочисленных переизданий. При этом пик пришелся на январь—март 1813 года, когда была издана примерно половина всех сюжетов. Интенсивность невероятная и не имеющая аналогов нигде в Европе! Кстати, до сих пор доминирует совершенно ошибочное мнение, что квазилубочные «карикатуры 1812 года» якобы «будили народ на борьбу с захватчиком». На деле, за единичными исключениями, все эти гравюры появились, когда уже ни одного оккупанта не было на российской территории.

Вопрос о самом первом русском «русском медведе» пока остается открытым. В журнале «Будильник» за 1877 год появилась наиболее ранняя из известных нам отечественных карикатур с медведем — быть может это и есть самый первый пример медвежьей самоперсонификации в России. И вне всякого сомнения, это явный отклик на впечатляющую галерею Russian Bear из британской прессы, освещавшей перипетии очередной Русско-турецкой войны. Но это единичный пример. Потом был большой перерыв до Русско-японской и Первой мировой войн, когда в русской карикатуре эпизодически стали встречаться медведи, но мне удалось обнаружить не более трех десятков отечественных артефактов, при том, что в Европе, США и Японии в этот период их уже огромное количество, не поддающееся учету.

Ф. Д. Байрон (?). Русская медведица и ее непобедимый наездник в бою с Британским легионом. 19 апреля 1791. Князь Потемкин, оседлавший Екатерину Великую, успешно противостоит британским политикам во главе с королем Георгом III. Яркий образчик беспутного юмора британцев: реплики всех персонажей двусмысленны и скабрезны


Медведь здесь-и-сейчас



На данный момент политической карикатуры у нас практически не существует. За весь цех в полноценном режиме «на злобу дня» работает чуть ли не один-единственный Сергей Ёлкин. Это очень контрастирует с Западом, где сотни отличных карикатуристов и тысячи штатных рисовальщиков. Зато в России есть невероятный медвежий орден, есть «медвежьи» литературные конкурсы для школьников, медвежьи логотипы армейских подразделений и государственных институций, есть спортивные клубы, акционерные общества, многочисленные «медвежьи» сорта водки и пива, колбаса, пельмени и все что угодно. Прямо на наших глазах медведь стал главным брендом страны — эта метафора используется отнюдь не только государственной пропагандой, но и в рамках всевозможнейших частных инициатив, включая contemporary art. Начиная с 2000 года образ медведя стал фактором внутренней политики и осуществил тотальную экспансию во все сферы российской повседневности. Все это само по себе заслуживает анализа и исследовательской рефлексии.

В современной западной карикатуре образ медведя остается ключевым для персонификации России. Медвежья метафора используется в последнее время с максимально негативными коннотациями. Карикатуры без лишних слов способны проиллюстрировать перипетии политических баталий, репутации высокопоставленных лиц, но также и продемонстрировать ментальные стереотипы и клише массового сознания. Главный вывод, к которому подводит этот визуальный ряд — неутешителен: как правило, для внешнего наблюдателя Россия остается покровителем маргинальных режимов и авторитарным милитаристским государством. Хотя ретроспективно медведь мог быть и положительным персонажем, и ближайшим союзником. Наши дни, однако, в полной мере характеризует такой карикатурный сюжет: медведь вылезает из берлоги или восстает из могилы, на которой написано Cold War

Для Англии, которую Пушкин аттестовал как «отечество карикатуры и пародии», не столь уж удивительна ситуация, когда карикатурист мог иметь в обществе больший вес, чем правительство. В истории России тоже случались подобные времена. И возможно, эти времена еще впереди.

Неизвестный автор. Мировая с Медведем. Декабрь 1953. Знаменитая киплинговская баллада 1898 года вновь была актуализирована на раннем этапе Холодной войны.


Источник.


Яндекс.Метрика
Tags: Британия, Россия, история, культура
Subscribe

Posts from This Journal “Британия” Tag

promo steissd december 8, 2005 13:55 152
Buy for 100 tokens
Via una_ragazza_o Выделения в тексте — мои. 10 августа 2000 г. — Иранские парламентарии-сторонники реформ намерены настаивать на повышении брачного возрастного ценза с 9-ти до 14-ти лет для девочек и с 15-ти до 16-ти лет для юношей. Существующий сегодня столь нежный брачный возраст…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments